J Watson
Друг, товарищ и врач
Вопрос "Как вы выбрали свою профессию?", как вариант - "Почему вы стали врачом?", всегда обескураживал меня. По-моему, с тем же успехом можно потребовать у человека объяснений, почему он носит темно-зеленое пальто, а не черное, почему ему нравится сидеть возле камина, и так далее. Просто потому, что вы считаете что-то наиболее для себя подходящим - какие еще тут нужны причины.
Когда я определился с выбором профессии, я тоже затрудняюсь ответить. Мне давно уже кажется, что намерение заниматься медициной было присуще мне едва ли не от рождения. Хотя, оглядываясь назад, я могу восстановить в памяти некоторые вехи на пути, приведшем меня к нынешней профессии.
Вот я, лет пяти, не более, стою на табуретке у открытого буфета и верчу в руках склянку с микстурой от мигрени. Ее прописали моей тетушке. Я не очень хорошо понимаю, что такое мигрень, но помню, что тетушка называла микстуру "своим спасением". Мне интересно, спасет ли она меня от ссадины на коленке. Выяснить это я не успеваю: распахивается дверь, и в кухню врывается перепуганная до смерти няня. Так я узнаю, что одна и та же микстура может называться и "мое спасение", и "бяка".
Я нахожу на улице красивую стекляшку, которая, увы, оказывается слишком острой. Палец у меня порезан, соседская Лиззи ревет в три ручья, а я бегаю за ней, пытаясь объяснить, что кровь - это совсем не страшно, надо просто взять платок и перевязать вот так. Лиззи плачет еще громче, на шум выходят родители, и отец долго объясняет мне, что доктор никому не должен причинять вреда. Значит, пугать тоже никого нельзя.
Полисмену не нравится, что мы с друзьями слишком громко смеемся в сквере. Мы уходим, вежливо попрощавшись с ним на языке Проперция, и полисмен остается в неведении, что его обозвали "гнойным чирьем".
На войне все просто и понятно. Есть раненые, которые пострадали в результате боевых действий, и больные, тяжело перенесшие особенности местного климата. А ля гер ком а ля гер.
В Лондоне меня периодически охватывает недоумение: почему? Как можно творить нечто подобное с людьми, которые не выходят с тобой на бой с оружием в руках, которые живут с тобой в одном городе и так же, как ты, верно служат той же самой королеве. Недоумение сменяется гневом, и сдерживать этот гнев кажется неправильным... Но вдруг рука Холмса сжимает мое запястье, и я слышу укоризненное: "Вы доктор, все-таки".
И еще в Лондоне есть сам Холмс. Он втягивает меня в одну криминальную историю за другой. Он приводит меня в отчаяние, издеваясь над собственным организмом с безжалостностью, достойной Торквемады. Он не слушает самых элементарных советов. Более того - у меня подчас создается впечатление, что он сознательно действует мне наперекор.
Почему я это терплю - главная моя медицинская загадка на сегодняшний день.

Вопрос: Понравилось?
1. Да  16  (100%)
Всего: 16